Переведено на добровольных началах для проекта «YogaScience»

Коноваловой Еленой.

Главный редактор: Дмитрий Данилов.

Корректоры: Виктория Ляпорова, Руслан Кулешов. Дизайн: Анастасия Борко, Александр Котельников.

Выпускающий редактор: Анна Девятая.

Институционализация традиции йоги на примере учителей Б.К.С. Айенгара и Йогини Суниты в Британии

Сюзанна Ньюкомб

Прямые, так называемые Guru-śiṣya, взаимоотношения ученика с гуру зачастую рассматриваются как один из важнейших аспектов обучения в йоге. Тем не менее, в начале XXI столетия интенсивная прямая передача знаний от учителя к ученику является, скорее, исключением. Сейчас миллионы тех, кто считает себя «практикующими йогу», делают это в рамках групповых занятий (Картер (Carter), 2004). Возможна ли передача аутентичной традиции йоги без непосредственного guru-śiṣya взаимодействия? В этой главе я собираюсь доказать, что важнейшей характеристикой, способствующей успешной популяризации современной постуральной йоги как глобального феномена (Де Мишелис (De Michelis), 2005: 188) является институционализация харизмы и ее отделение от прямого guru-śiṣya взаимодействия. Мои аргументы базируются на сравнении двух личностей, сыгравших ключевую роль в популяризации йоги в 1960-е годы: Б.К.С. Айенгара (B.K.S. Iyengar) и Йогини Суниты (Yogini Sunita). Оба – прекрасные примеры того, как личная харизма в преподавании йоги была инкорпорирована в высокобюрократическую, финансируемую государством систему образования для взрослых. Я собираюсь доказать, что то, каким образом Айенгар институционализировал свою харизму, явилось прямым фактором, способствовавшим популяризации его системы во всем мире. Напротив, исключительная харизма Суниты не была успешно институционализирована в форму глобально известной системы и в настоящее время практически забыта.

В 60-е годы британская система образования для взрослых столкнулась с активным спросом на обучение йоге, не обладая, однако, инструментом для определения качества квалификации инструкторов йоги. Уже в 1965 г. городской совет Бирмингема выказывал обеспокоенность надлежащей квалификацией преподавателей йоги ("Birmingham Tries to Size Up All This Yoga”, 1965). По данным статьи, опубликованной в лондонской «Таймс», в городе были отмечены «сотни» записавшихся на йогу в образовательных центрах для взрослых. По-видимому, тогда была предпринята попытка «методологического исследования» йоги, однако, как выяснилось, «это – непростое дело». В статье говорилось, что один из популярных в Бирмингеме инструкторов йоги получил квалификацию в кип-фите (Keep-Fit), но обучался йоге по книгам; описывался и другой инструктор – женщина родом из Индии, которая «вероятно, довольно много знает», но «не оканчивала никакой академии йоги» (вероятно, речь идет о йогини Суните). Автор статьи задавался вопросом: «а если бы они были сертифицированными инструкторами, были бы они в итоге так популярны?» (“Birmingham Tries to Size Up All This Yoga”, 1965). Оба, и Сунита, и Айенгар, смогли убедить местные образовательные власти, соответственно в Бирмингеме и Лондоне, в том, что они имеют необходимые умения и компетенцию, чтобы стать надежными представителями финансируемой государством йоги. Читая отчеты того времени, мы обнаруживаем, что и Сунита, и Айенгар обладали исключительной способностью дать любому собеседнику почти немедленное, основанное на опыте, понимание того, что они называли йогой, хотя средства, который использовал каждый из них, были различны. В соответствии с теорией Макса Вебера (Max Weber), этот тип способности воздействовать может быть назван «харизмой» (Вебер, 1947: 328). Вебер характеризовал харизматическую власть как движущую силу для перемен в обществе, по сути своей неустойчивую, потенциально революционную силу, которая «является чуждой повседневным рутинным структурам» (Вебер, 1947: 363). Для создания на базе харизматической власти любой прочной структуры, как утверждает Вебер, необходимо «радикальное изменение» такой харизматической власти, и он называет такой процесс «рутинизацией харизмы» (Вебер, 1947: 364).

В этой главе я остановлюсь на важности рутинизации харизмы для создания глобальной современной постуральной йоги. Однако данная дискуссия не имеет целью отрицать тот факт, что харизма гуру по-прежнему остается важным ориентиром для многих практиков йоги. Преобразующий потенциал интенсивного взаимодействия «учитель-ученик» остается неотъемлемым аспектом опыта многих людей в йоге. Но, обратив внимание на то, каким образом харизма была (или не была) рутинизирована, мы можем лучше понять трудности баланса между важностью профессиональной сертификации инструкторов йоги и преобразующим опытом отношений guru-śiṣya.

Популяризирующая харизма Йогини Суниты в Бирмингеме

Большинство практикующих йогу в Бирмингеме в начале 1960-х были вдохновлены женщиной по имени Йогини Сунита (1932-1970). Сунита посвятила себя популяризации йоги в период между ее прибытием в Англию в 1960-м и ее смертью в 1970-м. Поскольку сейчас она – личность неизвестная, я считаю необходимым кратко описать ее прошлое. Она родилась под именем Бернадетт Бокарро (Bernadette Bocarro) в Бандре (Bandra), зажиточном католическом пригороде Бомбея. В ее доме говорили по-английски, и ее семья описывала себя как набожных католиков, принадлежащих к касте брахманов (Робинс (Robins), 1961). Отказавшись выйти замуж в 16 лет, Бернадетт Бокарро присоединилась к женскому монашескому ордену. Как она пояснила газетным репортерам в 1961-м году, вначале она идеализировала отречение от мира. Однако, когда она отказалась писать матери регулярные письма с просьбами передачи в дар античной мебели в пользу монастыря (семье Бокарро принадлежал антикварный магазин в Бомбее), отношение к девушке внезапно изменилось. А скудная еда и строгая дисциплина начали оказывать влияние на ее здоровье. В конце концов она самовольно ушла из монастыря, вернувшись в дом родителей (Робинс, 1961).

Покинув монастырь, по словам Бернадетт, одинокие прогулки по берегу моря стали ее единственной радостью. На одной из таких прогулок, как вспоминает Сунита, она столкнулась с йогом, по-видимому, хорошо известным в этих местах, по имени Нараинсвами (Narainswami), который, по слухам, «лечил проказу, туберкулез и многие другие болезни»; он предложил учить Бернадетт йоге (Робинс, 1961). Благодаря практике того, что Нараинсвами называл Пранаяма-йогой (Pranayama Yoga), Бернадетт, как она утверждала позднее, вновь обрела уверенность и умиротворение (Кабрал (Cabral), 2007). Мне не удалось обнаружить каких-либо доказательств существования Нараинсвами в публичных источниках, и никаких других внешних источников подтверждения этого периода жизни Бокарро также не существует. Однако, кто бы ее ни учил, и вне зависимости от метода передачи, к моменту прибытия в Англию Бернадетт чувствовала себя достаточно уверенно для того, чтобы учить Пранаяма-йоге (так же как и японскому массажу) (Кабрал, 2007 и Кабрал, 2002a: 67).

Спустя некоторое время после того, как девушка покинула монастырь, семья устроила брак Бернадетт с Ройдоном Кабралом (Roydon Cabral), католическим индусом португальского происхождения, который работал наборщиком в газете «The Times of India». Бернадетт согласилась на этот брак, и за время пребывания в Индии у нее появилось двое детей. Она устроилась на работу секретарем в итальянское посольство в Бомбее и утверждала, что преподавала йогу в школах (Кабрал, 2002a: 57). В 50-е годы Кабралы начали думать о том, что ситуация для англизированных индусов становится нестабильной и что их детям будет лучше получать образование за рубежом; семья приняла решение эмигрировать в Англию [i]. В конце 1959 г. Ройдон Кабрал нашел работу наборщика в районе северного Бирмингема. Первоначально Бернадетт пыталась вернуться к карьере пианистки и по случаю преподавала йогу нескольким друзьям. Эти друзья вдохновили других попробовать йогу, и Бернадетт обнаружила, что ее знания йоги более востребованы, нежели ее умение играть на пианино (Робинс, 1961 и Кабрал, 2007).

К середине 1961 года Бернадетт Кабрал, перебравшаяся на Запад уроженка Индии, превратилась в «Йогини Суниту», одетую в сари преподавательницу йоги. Как Сунита она стала живой рекламой Пранаяма-йоги; ее одеяния и манеры возбуждали любопытство и интерес прохожих. Один из интервьюеров так описывает свою первую встречу с Сунитой в сентябре 1961 года:

«Я встретился с Йогини Сунитой в элегантном отеле «West End». Она была в ярком сари, сандалиях, с длинными серебряными серьгами и волосами, зачесанными назад в шиньон. Она была молода и привлекательна и, скинув свои сандалии, уселась со скрещенными ногами прямо на пол. Я спросил, как она заинтересовалась йогой». (Кабрал, 1961).

Одетая в характерное сари, Сунита обычно сидела на корточках или на полу во время своих интервью для медиа, увеличивая интригу. С успехом привлекая внимание аудитории своей необычной внешностью, Сунита затем впечатляла слушателей спокойным авторитетом и мастерством, обучая их искусству релаксации («Беседы о релаксирующих стилях йоги» (“Talk on Relaxing Yogi Style”), 1963 и «Йогини Сунита в гостях у ротарианцев» (“Yogi Sunita Visits Rotarians”), 1967).

Если учесть, что она была недавно переселившимся иммигрантом, деятельность Суниты по популяризации йоги в Англии была чрезвычайно впечатляющей. В августе 1961 года Бернадетт Кабрал зарегистрировала бизнес под именем «Клиника Йогини Суниты» в центральном Бирмингеме (Кабрал, 1961 и сертификат о регистрации бизнеса №1168078). Осенью 1963 года Сунита начала преподавать йога-классы в женской секции Института Атлетики Бирмингема (Women’s Section of the Birmingham Athletics Institute (BAI), своего рода субсидированного оздоровительного клуба для жителей Бирмингема. Эти классы оказались очень популярными, и она продолжала вести классы в BAI, некоторые – с сотнями учеников, в течение всех 1960-х годов (BAI, 1963-4). Также в 1963-м Сунита “переиграла экспертов” в популярной телевизионной программе BBC “What’s my Line?”, в которой эксперты пытаются угадать профессию гостя (BBC Television Diploma, 1963).

В интервью для радио BBC в 1961-м году интервьюер Суниты отметил, что «я всегда думал о йоге как о преобладании разума над телом; практике физических упражнений, которые позволяют получить полный контроль над телом» (Кабрал, 1961). Продолжая, однако же, он поясняет, что «Йогини Сунита учит только релаксации ума, и она вывела расслабляющую формулу для этого». Слова Суниты не сохранились в записи, однако вероятно, что она продемонстрировала на радио свою знаменитую «ускользающую секунду» (“slip second”). Это ментальное упражнение, требующее полутора минут для выполнения, в течение которых вспоминаются все люди и ситуации, требующие личного внимания. Практикующий старается позволить всем этим связям и беспокойствам уйти – только на одну секунду. Как утверждала Сунита, такая практика успокаивает разум и позволяет практикующему взаимодействовать со всеми требованиями жизни более эффективно. Сунита утверждала, что одна «ускользнувшая секунда» (“slipped second”) равна восьми часам «идеального сна». Она настаивала на том, чтобы ее ученики выполняли это упражнение трижды в день – сразу после пробуждения, между полуднем и двумя часами дня, и перед сном вечером (Кабрал, 1961 и Кабрал, 2002a). Она также утверждала, что начинающему, чтобы освоить этот метод, необходим голос учителя, и с этой целью записала специальные аудио-кассеты (Кабрал, 1961 и Кабрал, 2002b).

Важной частью ее харизмы для женщин из среднего класса, посещающих ее классы, была способность «успевать все» и оставаться расслабленной и спокойной. Сунита работала в школах, учила детей иммигрантов, не говорящих по-английски. Она преподавала йогу и индийский танец в некоторых школах, в дополнение к классам йоги в BAI. Ее старший сын, Кеннет, вспоминает изнурительный график Суниты во времена его детства, когда мать просыпалась в 5.30 и частенько продолжала работать на пишущей машинке сильно за полночь (Кабрал, 2007). Ее сумасшедший график и, очевидно, успех совмещения этого графика с обязанностями жены и матери, в сочетании с состоянием спокойствия и расслабленности, которое она распространяла на других, стали важной частью ее харизматической власти. Личный пример Суниты был важен педагогически и вдохновлял ее учеников.

Практика асан, которой обучала Сунита, состояла из «движений», представлявших собой серию взаимосвязанных поз, перетекающих из одной в другую. Идея движений может иметь отношение к музыкальной традиции, т.к. Сунита была очень увлечена музицированием на пианино и классическим индийским танцем, которые она преподавала в школах Бирмингема (Кабрал, 2002a, 61). Сунита иллюстрирует только два движения, т.е. последовательности поз и пранаям (prāṇāyāma), в своей самоизданной книге; хотя подразумевает, что в Пранаяма-йоге существует значительно больше упражнений, которые доступны при личном наставничестве. Первое движение Пранаяма-йоги содержит много повторений падмасаны (padmāsana), широко известной как поза лотоса, в которой одна или две ноги сложены так, чтобы каждая из ног оказалась на противоположном бедре. Относительная сложность этой позиции для среднего «западного» типа гибкости может объяснить ограниченную популярность этой последовательности асан. Однако Сунита, судя по дошедшим до нас фотографиям, не делала упор на гибкости, а учила, что сутью Пранаяма-йоги (и йоги в целом) являются «ускользающая секунда» и полное присутствие в текущем моменте. По словам Суниты, «момент полного умиротворения» – это то, что являет собой сущность йоги, но данный пассаж сопровождается выделенным большими буквами продолжением о том, что этому опыту «НЕЛЬЗЯ НАУЧИТЬ» (Кабрал, 2002a: 51).

Следуя своей все возрастающей популярности на курсах BAI и в других местах в Бирмингеме, в 1969 году Сунита подготовила группу из приблизительно двадцати учеников с тем, чтобы они начали преподавать Пранаяма-йогу в структуре образования для взрослых (“Further Steps in Yoga”, 1964). К величайшему сожалению, осталось очень немного заметок об этом курсе и не осталось вообще никаких планов занятий, которые могли бы быть использованы для будущих образовательных курсов. Ее сын пояснил, что Сунита была более заинтересована в тотальном понимании каждой личности, чем в развитии внешнего мастерства, которое могло бы быть оценено внешними экспертами (Кабрал, 2007). Сунита не претендовала на то, чтобы ее курс предоставлял автоматическую сертификацию ее учеников на преподавание йоги для взрослых:

«Полагая, что кое-кто из ее учеников может быть заинтересован в том, чтобы пройти курс для инструкторов, и будучи вполне уверенной в том, что некоторые из ее учеников готовы преподавать, Йогини считает, что при этом вполне возможно, что образовательные власти вполне могут не выбрать вообще никого из группы с тем, чтобы преподавать для них. В этом случае инструктор может вести частную практику… в среднем, один из тысячи может рассчитывать на то, чтобы работать с образовательной системой». (Кабрал, 2002a: 57).

Она рассчитывала на то, что образовательные власти выберут кого-то, кто владеет свойствами, необходимыми для передачи традиции Пранаяма-йоги. Этот метод интеграции йоги в систему образования для взрослых очень зависел от личной харизмы будущих инструкторов. Смысл, который вкладывала Йогини Сунита в весь этот процесс, заключался в передаче знаний, гарантирующих продолжение традиции Пранаяма-йоги, но не ее популяризации.

Сложно предположить, стала бы традиция Йогини Суниты более влиятельной, если бы она прожила дольше. В 1970-м году в возрасте 38-ми лет Йогини Сунита была сбита автомобилем, когда переходила дорогу (General Register Office, 1970). Сын Суниты утверждает, что ко времени гибели она имела вполне конкретные планы в отношении продюсирования телевизионных программ и дальнейшей популяризации йоги в США (Кабрал, 2007) [ii]. Однако ни книги, которые расходились как пирожки, ни телевизионные контракты не гарантируют стабильности передачи традиции йоги, как, к примеру, показывает культурное забвение Ричарда Хиттлемана (Richard Hittleman), чьи видео по йоге показывались на более чем 40 американских телевизионных каналах в 1970-х (Kent, 1971).

Непосредственно после гибели Суниты инструкторы, подготовленные ею, продолжали проводить в BAI занятия, которые оставались популярными все 1970-е годы (Ежегодный отчет BAI (Annual Report, 1970-71: 2). Сунита оказалась достаточно влиятельной для того, чтобы обеспечить существование традиции до сих дней – к 2006 году существовало 50-60 инструкторов Пранаяма-йоги (Кабрал, 2007). Пранаяма-йога по-прежнему преподается, однако остается неинституционализированной, и, таким образом, гораздо менее заметной, чем другие формы йоги. Сунита учила, что Пранаяма-йога – стиль жизни, умение заниматься одним делом за раз, присутствие в текущем моменте, без отвлечений и беспокойств. У нее никогда не было намерения сделать “обучение преподавателей йоги” полностью встроенным в бюрократическую систему аттестации. При жизни Сунита сама принимала решение, в достаточной ли мере ученик готов к тому, чтобы передавать традицию другим. Однако можно предположить, что в некоторых аспектах довольно сложно определить компетентность человека в его способности передавать традицию йоги. Способность Суниты оказывать влияние на опыт личной трансформации, которую ее ученики явно упоминали в своих комментариях (Кабрал 1965: 17) является, вероятно, сутью данной традиции йоги. Возможно ли «стандартизировать» такой опыт йоги отдельно от личного взаимодействия с мастером?

Харизматическая популяризация йоги Б.К.С. Айенгаром (B.K.S. Iyengar)

В отличие от Пранаяма-йоги, традиция йоги Б.К.С. (Беллур Кришнамачар Сундарараджа) Айенгара (1918-2014) в настоящее время признается во всем мире. В 2004 году Айенгар был признан одним из ста наиболее влиятельных людей в мире американским журналом «Time» и «йога Айенгара» попала в Оксфордский словарь английского языка («Oxford English Dictionary»). Йога Айенгара характеризуется своим вниманием к деталям и анатомической точности размещения тела в различных асанах, кратко описанных в его книге «Свет Йоги» («Light on Yoga»), (1966). Йога Айенгара – очень живая традиция. Большая часть преподавания йоги Айенгаром (и его детьми) с 60-х годов была сосредоточена на том, чтобы сделать позиции из «Света Йоги» более доступными для людей, имеющих какие-либо физические ограничения. В йоге Айенгара указания инструктора сосредоточены на том, чтобы расположить тело в «правильной позиции», и на том, куда направлять усилия (к примеру, скручивание и растяжение). Переходы между позициями в йоге Айенгара менее стандартизированы, чем в Пранаяма-йоге или в виньясе (Vinyasa) Паттабхи Джойса (Pattabhi Jois) (см. Бергер (Berger), 2006), и не предполагают дословного следования сценарию, как в Бикрам-йоге (Bikram Yoga) (см. Фиш (Fish), 2007). Тем не менее, йога Айенгара уделяет большое внимание последовательности позиций и тому, каким образом действия и движения увязывают позиции между собой. В традиции йоги Айенгара внимание и исследование физиологических эффектов практики на физическое тело связаны с исследованием влияния практики на разум. Конечная цель для Айенгара, «прекращение колебаний ума (см. «Йога сутра» Патанджали, (Patañjali's Yoga Sūtras I.2), по существу та же, что и культивирование «момента полного умиротворения» в традиции Пранаяма-йоги (Кабрал, 2002a: 51).

Во многих отношениях создав новую современную традицию постуральной йоги, Айенгар тесно связывает свой авторитет в обучении йоге с изучением Йога Сутры Патанджали (см. Синглтон (Singleton, 2008) и наставлениями его личного гуру (и шурина) Тирумалаи Кришнамачарьи (Tirumalai Krishnamacharya) (1888-1989), который читал лекции по индийской философии (Yoga, Sāṃkhya and Mīmāṃsā) и обучал асанам и пранаямам благодаря поддержке Кришна Раджа Водеяра IV (1884-1940), махараджи Майсора (Сьоман (Sjoman), 1999). Айенгаровское понимание йоги выходит из традиционного обучения guru-śiṣya, но он также преподавал в «школе йоги» в Йогашале Майсорского дворца (Mysore Palace’s Yogaśālā) (Сьоман, 1999 и Синглтон, 2010: 175-210).

Б.К.С. Айенгар родился одиннадцатым из тринадцати детей в бедной, говорящей на тамильском языке, семье брахманов в сельской местности в Карнатаке. Его мать пострадала от всемирной эпидемии гриппа в момент его рождения. Айенгар считал, что болезнь матери во время беременности ослабила его физически и замедлила его умственное развитие (Айенгар, 1988: 2). Он был болезненным ребенком, который был не в состоянии сконцентрироваться на обучении. После того, как его отец умер, когда Айенгару было девять лет, финансовая и практическая ответственность за более младших детей была распределена между старшими. Весной 1934 года Кришнамачарья (шурин Айенгара) предложил Айенгару, которому тогда было 16 лет, перебраться в Майсор и побыть там с его женой (сестрой Айенгара) в течение короткой отлучки Кришнамачарьи (Айенгар, 1978: 113). Короткий визит растянулся на три года.

Кришнамачарья имел традиционный авторитет у Айенгара как его шурин и благодетель, однако он обладал еще и значительной силой личной харизмы. Он учил Айенгара, который жил в его доме, беспрекословному соблюдению указаний. В свой 70-ый день рождения Айенгар вспоминал:

Мой Гуру – человек непредсказуемого настроения и непредсказуемых знаний. Невозможно понять, что у него на уме. Если он утверждает что-то однажды, он может противоречить себе и утверждать противоположное в другое время (так в оригинале). Мы обязаны были полностью принимать его и подчиняться ему без вопросов. Если я сидел, закинув левую ногу на правую, он мог приказать сидеть, закинув правую на левую. Или наоборот. А если я вставал, он мог спросить: «Ты правильно встаешь?». Или, если я вставал по-другому, он мог сказать: «Кто разрешил тебе вставать по-другому?».... Жизнь стала для меня непредсказуемой. Разница в возрасте поселила страх в моем сердце, и его присутствие было страшным кошмаром (Iyengar, 1978: 5).

Подобно опыту Йогини Суниты, наставления гуру в йоге были для него не о религиозных догмах или конкретных убеждениях, а, скорее, о подходе к жизни вообще. Кришнамачарья подтолкнул Айенгара к физической практике и борьбе со своим эго, что в конечном итоге привело его к истовой самодисциплине.

Айенгар утверждал, что личные наставления Кришнамачарьи в йоге (асанах) ограничились тремя напряженными днями, однако он также регулярно практиковал в йогашале с другими учениками (Айенгар, не датированное: 1-2). К октябрю 1935 года Айенгар, как он говорит, был оценен как лучший из всех учеников Кришнамачарьи во всех трех уровнях «элементарного, среднего и продвинутого» курсов йогашалы (Айенгар, не датированное: 3).[iii] Этот опыт, полученный в йогашале, как представляется, может быть очень важным для дальнейшей институционализации преподавания йоги Айенгаром. Он ничего не упоминает о влиянии практики в группе, которая была создана Кришнамачарьей в Майсоре, однако групповое обучение, безусловно, оказало значительное влияние на развитие Айенгаровской практики асан, кроме того, это тот тип обучения, который Кришнамачарья изначально предложил проводить Айенгару.

Не сумев получить свидетельство об окончании школы и не умея ничего другого, что могло бы прокормить его, Айенгар чувствовал, что у него нет другой альтернативы, как только преподавать йогу для того, чтобы выжить (Айенгар, не датированное: 3). Вначале он пытался работать в других местах в Майсоре. Однако ему не удалось обеспечить себе какой-либо более или менее стабильной занятости. К сентябрю 1937-го года он согласился на предложение, присланное Кришнамачарье – тренировать студентов колледжа в Пуне в течение полугода (Айенгар, не датированное: 4). Несмотря на то, что заработать себе на жизнь в Пуне оказалось не так-то и просто после того, как первоначальный контракт истек, Айенгар принял решение остаться в городе: «Свобода пришла ко мне случайно, и я не хотел ее терять любой ценой. Если я вернусь, у меня есть только одно – я должен вновь присоединиться к своему гуруджи. А это значит – жить в паутине постоянного страха» (Айенгар, 1988: 16). [iv] Покинув Майсор, Айенгар в основном обучался через тщательное наблюдение собственной практики асан (Айенгар, 1988: 16). Постепенно он создал успешную сеть клиентуры в Пуне, частично посредством работы с теми, кто имел медицинские заболевания и которым местные врачи могли предложить только очень ограниченную помощь (Айенгар, 1988: 17).

Учение йоги Айенгара вышло за пределы Пуны через личное влияние скрипача-виртуоза Иегуди Менухина (1916-1999). В 1952 году Менухин организовал концертный тур в недавно ставшей независимой Индии, и один из учеников Айенгара принял участие в официальном «приветственном приеме». Айенгара попросили провести демонстрацию для знаменитого скрипача, и эта демонстрация превратилась в регулярное обучение. Менухин привез Айенгара в Европу в 1954 году и в Соединенные Штаты в 1956 году (где Айенгар больше не преподавал до 1973 года) (Магидоф (Magidoff, 1973: 256-7). Каждый год с 1960-го по 1974-й Айенгар проводил как минимум месяц в Лондоне за счет Менухина, вначале – с тем, чтобы давать частные уроки скрипачу у него дома, а затем – с тем, чтобы более широко популяризировать йогу (Менухин, 1996: 259). То, что началось как традиционные guru-śiṣya взаимоотношения между Айенгаром и Менухиным, в конечном итоге превратилось в катализатор для преобразования передачи традиции йоги.

Айенгар проводил публичные демонстрации йоги и получил значительное освещение своих визитов в Лондон в начале 1960-х в средствах массовой информации. В течение нескольких первых лет у него была только дюжина или около того регулярных учеников, как правило, тесно связанных лично с Менухиным (Daily Mail, 1961; “Working for Health” 1961 и Маррис (Marris), 2005). Небольшой размер этих ранних классов создавал интенсивное личное взаимодействие между увлеченными учениками и Айенгаром, похожее на традиционную guru-śiṣya передачу традиции йоги. Индивидуальная обратная связь была важна для многих ранних учеников Айенгара, и они могли попросить непосредственно Айенгара о совете в отношении того, что делать с теми или иными проблемами. Диана Клифтон (Clifton), наряду с несколькими другими из этих первых учеников, регулярно переписывалась с Айенгаром в течение 60-70-х годов, рассказывая в письмах новости о семье и получая наставления Айенгара в йоге. Например, когда Клифтон послала серию своих фотографий, изображающих ее практику асан, Айенгару, в своем ответе он писал:

Я пересмотрел все фотографии и сделал пометки на обороте. В общем, у тебя – хороший прогресс. Хороши стоячие позы и скручивания у твоего мужа... Надеюсь, у тех, кто посещает йога-класс, все хорошо (Айенгар, 1962).

В 1962 году один из лондонских учеников Айенгара передал Джералду Йорке (Gerald Yorke), который работал издательским агентом, рукопись Айенгара с его детальным учебным руководством по практике асан. В течение следующих нескольких лет Джералд Йорке сделал массу обширных предложений по редактированию этой работы, и в конце концов в 1966 году она была опубликована издательством Allen & Unwins под названием «Свет Йоги» (Light on Yoga). Довольно быстро эта книга стала упоминаться как «библия» практики асан (Айенгар, 1993: XX-XXI и Туфт (Tuft), 1971). Публикация «Света йоги» и ассоциации между Менухиным и Айенгаром в прессе сделали важный вклад в повышение популярности йоги Айенгара в Британии (см., к примеру, “Yehudi Menuhin and His Guru”, 1963).

Публикация «Света йоги» сыграла важную роль и для признания учения Айенгара такой образовательной организацией, как Управление образования Внутреннего Лондона (Inner London Educational Authority, ILEA). ILEA координировала все общественно финансируемые образовательные классы во Внутреннем Лондоне по любым предметам – от уроков шитья до курсов автомехаников, иностранных языков и плавания. По всей стране местные образовательные власти (Local Educational Authorities, LEAs) пропагандировали эти классы для дополнительного образования населения в период между окончанием Второй Мировой войны и моментом, когда правительство Маргарет Тэтчер прекратило финансирование таких публичных служб в 1980-х. Трансформация учения Айенгара, запрошенная образовательными властями, создала нечто новое в традиции современной постуральной йоги (Ньюкомб (Newcombe), 2007).

В отличие от Бирмингема (где классы Йогини Суниты стали доступны в 1963 году), экспериментальный класс йоги не был одобрен ILEA до 1967 года.[v] К этому времени ILEA совершило головокружительный культурный кульбит в направлении заинтересованности индийской духовностью. [vi] Главным инспектором физического образования (Chief Inspector for Physical Education) ILEA в это время был Питер Макинтош (Peter McIntosh). Макинтош был чем-то вроде наблюдателя за физической культурой – он был вовлечен в формирование Спортивного совета Великобритании (UK Sports Council) и Международного совета спорта, науки и физического образования (International Council of Sport, Science and Physical Education) (Хаггинс (Huggins), 2001). Макинтош был активным сторонником спорта “ради самого спорта”, и отстаивал важность физической культуры, связывая ее с греческими идеалами (Макинтош, 1968: 114). Именно Макинтош выказал личный интерес к введению йоги как нового предмета в программу физического образования в Лондоне.

Несмотря на успех экспериментального класса в Лондоне, комитет физической культуры в ILEA настаивал на респектабельной и безопасной институционализации классов йоги. Под впечатлением от потенциала йоги, в особенности для людей пожилых и людей с ограниченными физическими возможностями, чиновники ILEA при этом желали удостовериться в соответствующей квалификации учителя:

“Из-за растущего спроса на классы появляется тенденция, когда вдохновленные энтузиасты, и некоторые, вероятно, не столь вдохновленные, подталкиваются спросом к тому, чтобы объявить себя учителями йоги. Инспекторы физического образования не обладают достаточным опытом в данной теме, необходимым для обеспечения высоких стандартов преподавания и работы” (ILEA 1969, Отчет No. 11).

Комитет изучил существующие ассоциации йоги, и Макинтош посетил «значительное количество (йога) классов», но, видимо, не нашел того, кого искал, с тем, чтобы обеспечить процесс, имевший место везде в других частях страны (ILEA, 1969, Отчет 25.1.69). Вероятно случайно, Макинтош имел беседу с сестрой Менухина, Хефзибой Хаузер (Hephzibah Hauser), чувствовавшей, что она получила большую пользу от обучения у Айенгара (Маррис (Marris), 2005). Затем Макинтош потратил некоторое время с тем, чтобы провести собственное исследование, обсуждая вопросы йоги с Айенгаром. Макинтош сообщил, что он обсуждал с Айенгаром «сложности обеспечения компетентности и надежности тех, кто предлагает себя как учителей хатха-йоги». Чиновники ILEA были впечатлены «Светом йоги», описывая книгу как «вероятно, один из наиболее заслуживающих доверия англоязычных текстов на тему (хатха-йоги)» (ILEA, 1969, Отчет № 11). В лице Айенгара Макинтош нашел качество обучения йоге, которое его устраивало. В конце 1969 года ILEA признало «гуру, подготовленных Б.К.С. Айенгаром, автором «Света йоги», признанной авторитетной книги на тему йоги» достаточно квалифицированными для преподавания йоги во всех общественно субсидируемых фондах Внутреннего Лондона. Таким образом, подготовленные Айенгаром инструкторы получили в дополнение к харизматическому авторитету, необходимому для того, чтобы внушить доверие и интерес потенциальным ученикам вне институционализированной среды, еще и бюрократические полномочия (ILEA, 1969, Отчет № 11). Интересно, что отчет ILEA называет утвержденных Айенгаром инструкторов «гуру», термином, который используется в Айенгаровском движении (за исключением термина «Гуруджи», которым Айенгар называет только себя).

Влияние ILEA на то, как Айенгар учил йоге, пошло по двум направлениям: 1) Айенгара специально попросили учить физическим аспектам йоги и избегать дискуссий о религиозности и духовности [vii], и 2) специальный акцент был сделан на безопасности и защите учеников от травм и телесных повреждений. Соглашение между ILEA и Айенгаром подразумевало, что обучение йоге возможно при условии, если оно «ограничивается асанами и пранаямами (позами и дыхательными упражнениями) и не распространяется на философию йоги в целом» (ILEA, 1969, 25.11.69). Что касается безопасности занятий йогой, «медицинский советник» ILEA оценил то, как учит Айенгар, и выдал рекомендации в отношении «пяти типов расстройств» (не поименованных в отчете), которые должны быть исключены из занятий йогой с тем, чтобы избежать возможного ущерба (ILEA, 1969, Report No. 11). Йога-классы в ILEA должны были приносить пользу общей физической форме и гибкости здоровых участников, никакие другие аспекты пользы не должны были рекламироваться.

Эти два условия преподавания йоги в рамках ILEA четко резонируют с тем, что ожидается от программ подготовки инструкторов йоги в XXI столетии. Акцент, который делается в большинстве тренинговых программ для инструкторов, – это безопасность учеников и защита от травм. Хотя в настоящее время многие программы подготовки инструкторов йоги содержат и «философию йоги», эта часть зачастую тонет в непрофессиональном контексте, антагонист которого только начал утверждаться в 1970-х. [viii] Опыт ILEA отражает попытку контроля над духовными, скрытыми и непредсказуемыми аспектами традиции йоги в рамках чего-то, что было бы безопасным и полезным в контексте физического образования для взрослых. Это был утилитарный компромисс, чрезвычайно разгневавший другие йога-группы в Британии. Особенно верно это в отношении British Wheel of Yoga, национальной ассоциации инструкторов йоги, утверждавших, что йога – в большей мере философская, нежели физическая дисциплина; и что классы в системе образования для взрослых в равной мере должны включать позы, пранаямы, медитацию и философию (Ньюкомб, 2008: 62-79).

Подход ILEA был любопытным смешением бюрократии и харизматического авторитета. «Гуру, одобренные Айенгаром», должны были быть «предварительно одобрены старшим инспектором физического образования» (тогда это был Питер Макинтош), и для того, чтобы вести обучение в рамках ILEA, они номинально должны были проходить «контроль качества» ILEA. Сам Айенгар жил в Пуне и приезжал в Лондон раз в год. На практике в период между 1971 и 1979 гг. и инструкторы, и те, кто желал стать инструктором в ILEA, посещали еженедельные занятия под руководством Сильвы Мехта (Silva Mehta) (1926-1994) в Колледже физического образования (Physical Education College) в Паддингтоне. Айенгар утверждал будущих инструкторов, наблюдая за их работой в классе во время его ежегодных визитов (Файнсильвер (Finesilver), 1999 и Клакстон (Claxton), 2004). В течение первых нескольких лет не существовало никакой стандартизированной учебной программы или конкретных медицинских противопоказаний. Однако в течение нескольких лет Айенгар разработал три последовательно усложняющихся «уровня» асан для классов ILEA. К 1979 году в рамках этого курса было подготовлено около 200 инструкторов (Мехта, 1983).

Ученики вспоминают ежегодные визиты Айенгара как «жесткий» и «очень наполненный» опыт (Клакстон, 2004). Айенгар старался помочь своим ученикам обрести контроль над разумом и телом, требуя точности в выполнении асан («Сутры Айенгара» («The Sutras of Iyengar”, прибл. 1970-е, 11). Многие из его наставлений были сосредоточены на мелких деталях того, как работают основные позы (Херрманс (Herrmans), 1974/5). В ответ на критику в отношении того, что он обучает лишь физическим позам, Айенгар описывал свой подход как прагматически целесообразный: «Можно обучить лучшей жизни и без религиозных слов. Медитация бывает двух видов – активная и пассивная. Я даю активную часть медитации через полное погружение учеников в асаны» (Дейл (Dale), не датированное).

Некоторым ученикам удалось испытать этот неуловимый момент умиротворения. Так описывал этот опыт один из учеников:

«Он никогда не предупреждал и не готовил нас к специальным экспериментам. Он просто вел нас, раздерганных, к измененному состоянию сознания, а после обращал наше внимание на это – уже когда мы были там... мой разум был похож на глубокий бассейн, не замутненный случайными мыслями и фантазиями. Даже если я бы и не надеялся, что он приведет нас к такому опыту, он был мне настолько необходим, что я ни за что не пропустил бы всего этого (Херрманс 1974/75)».

По крайней мере некоторые из английских учеников Айенгара говорили о том, что они испытали личную трансформацию, которую они приписывают харизме Айенгара и его умениям в йоге. Хотя ILEA с определенностью пошло на некоторые компромиссы для системы преподавания йоги в Лондоне, система подготовки инструкторов йоги Аейнгара для ILEA была очень похожа на разработанную Сунитой, и решение о том, кто воплощает традицию йоги в мере, достаточной, чтобы обучать ей, в первую очередь зависело от персональной харизмы Айенгара.

Институционализация йоги Айенгара

Традиция йоги Айенгара стала полностью институционализированной только тогда, когда он разработал форму передачи, совершенно независимую от его личной харизматической власти. Это случилось в 1970-х в Манчестере, когда были разработаны обособленная система обучения и принципы квалификации инструкторов. Частично катализаторы этого изменения имели логистические причины, поскольку Айенгар ежегодно приезжал только в Лондон. Впервые Айенгар приехал в Манчестер в 1968 году по приглашению двух женщин, уже преподававших йогу в вечерних классах Local Educational Authority (LEA). (Маслен (Maslen), 1992).[ix] Выступления Айенгара способствовали популяризации йоги, и с тем, чтобы удовлетворить спрос на большее число инструкторов йоги в структуре LEA, был создан Институт йоги Айенгара Манчестера и близлежащего региона (Manchester and District Iyengar Yoga Institute) и разработан обучающий курс для инструкторов йоги (“Дополнительное обучение в Восточном Манчестере: демонстрация йоги”, 1968, “Индийский эксперт по йоге в Спурли Хэе” в 1968, Маслен 1992). Этот «институт» не имел никакого официального помещения, а использовал помещения LEA (часто школьные здания) для вечерних классов, а управление осуществлялось инструкторами из дома.

Базируемая в Манчестере подготовительная программа для инструкторов стартовала в 1971-72 гг. Она была открыта для тех, кто посещал йога-классы под руководством «признанного инструктора» в течение как минимум двух лет. Курс, длительностью в тридцать четыре недели по четыре часа в неделю, делал акцент на физиологию и анатомию «с тем, чтобы обеспечить защиту от телесных повреждений, которые могут быть нанесены в том случае, когда сложным упражнениям и позам обучает человек, недостаточно образованный в этом направлении». (MDIIY, 1972, 6). Успешное прохождение письменного экзамена и практической оценки преподавания, которая проводилась инструкторами йоги и «экспертами в сфере преподавания» давало право на получение диплома, признанного Образовательным Комитетом Манчестера (Manchester Education Committee) (см. там же). И хотя Айенгар не проводил отбор инструкторов лично (как он делал в Лондоне), он давал консультации по учебной программе, что способствовало бюрократизации передачи Айенгаровского понимания йоги. Вследствие физической дистанции между Айенгаром и его английскими студентами была разработана система оценки знаний инструкторов, которая была личностно-независимой. Такое развитие событий сыграло решающую роль в глобальной популяризации йоги в традиции Айенгара и повлияло на формы преподавания других традиций.

Далее, в 70-х, айенгаровские инструкторы в Англии начали совместную работу над созданием национального оценивающего органа, который бы выдавал сертификаты. В 1975 году Айенгару сообщили о том, что два человека в Оксфорде были «доставлены в больницу прямо с занятий по йоге», которые, как сообщалось, вели инструкторы другой йога-ассоциации (Айенгар, 1975). В результате ученика Айенгара попросили провести три тренинговых класса в Оксфордском колледже дополнительного образования (Oxford College of Further Education). В ответ на эту просьбу Айенгар выбрал одну из своих первых английских учениц, Диану Клифтон. После консультаций с Айенгаром, Клифтон разработала учебную программу с акцентом на безопасность и прислала ее Айенгару на утверждение. Курс в Оксфорде включал в себя наблюдение за йога-классом для начинающих. Позднее инструкторов начали учить тому, «как помогать таким образом, чтобы понять, как научить начинающего» (Айенгар, 1975). Этот метод обучения – метод наблюдения и корректировки неверных физических действий в асанах – быстро стал основным фокусом для айенгаровского метода обучения в Британии.

С 1978 года в Британии формальная оценка всех инструкторов, подготовленных по системе Айенгара, была стандартизирована на национальном уровне путем создания профессиональной организации – Ассоциации инструкторов Б.К.С. Айенгара (B.K.S. Iyengar Teachers’ Association). В конце обучающего курса потенциальные инструкторы йоги Айенгара оценивались группой квалифицированных инструкторов, которых они лично не знали. Акцент на безопасности и необходимости избегать вреда, а не на личной трансформации ученика стал общим стандартом для обучения начинающих. Акцент на физических действиях также позволил упростить обучение йоге до единой программы. В июне 1978 года ILEA были проинформированы, что отныне Айенгар использует для инструкторов, квалифицированных в его системе, сертификаты трех уровней: Начальный, Средний и Продвинутый (Elementary, Intermediate and Advanced (BKSITA, 1978: 1). Начальный и Средний сертификаты выдавались в Британии, а Продвинутый сертификат выдавал лично Айенгар в Индии («Assessments for Teaching Certificates», 1979/1980). Такая система отделила полномочия от Айенгара лично, но позволила сохранить место для его харизмы и надзора на вершине инструкторской пирамиды.

Начиная с конца 70-х годов в Британии и далее по всему миру поколения инструкторов обучаются тому, как обучать «йоге Айенгара» без какого-либо контакта лично с Б.К.С. Айенгаром. Управление этой международной сетью учеников Айенгара упростилось с внедрением системы дистанционного образования, разработанной Айенгаром в 70-е годы для своих английских студентов, работавших в уже сложившейся структуре финансируемых государством классов для образования взрослых. Айенгар начал осуществлять регулярные поездки в Южную Африку с 1968 года, и в конце 70-х там была создана официально организованная региональная ассоциация.[x] Айенгар осуществил свой второй визит в США в 1973 году; в 1985 году Национальная ассоциация США йоги Б.К.С. Айенгара (BKS Iyengar Yoga National Association of the United States (IYNAUS) начала оценку кандидатов в инструкторы. В 1990-е годы Ассоциации йоги Айенгара и организации по подготовки инструкторов были образованы в Канаде, Западной Европе, Израиле и Новой Зеландии; позднее институционализированная йога Айенгара распространилась в Восточной Европе, Южной Америке и Восточной Азии.[xi]

Во главе этой бюрократической пирамиды все еще есть место для харизматического элемента в передаче йоги Айенгара. В 1976 году ученики Айенгара со всего мира профинансировали открытие йога-центра в Пуне, и этот центр стал центром глобальной Айенгаровской сети. «Старшие» ученики со всего мира стали приезжать в Пуну на месяц или более для интенсивных ежедневных занятий с Айенгаром, его дочерью Гитой и сыном Прашантом. Такой подход гарантировал, что ученики продолжают лично взаимодействовать с Айенгаром как учителем и обучение контролируется и стандартизируется в одном источнике. От тех, кто преподает йогу Айенгара инструкторам на местном уровне, также ожидалось, что они пройдут обучение йоге в Айенгаровском институте в Пуне. По состоянию на 2012 год, дочь Б.К.С. Айенгара, его сын Прашант и внучка Аби проводят все занятия в институте в Пуне, а сам Айенгар проводит супервизию на расстоянии. Так, с возрастом, харизматические полномочия Айенгара были переданы по династической линии в Пуне. В настоящее время создается впечатление, что Айенгаром разработан эффективный метод институционализации его традиции йоги и обеспечения продолжения своего влияния.

Опыт Б.К.С. Айенгара в Англии представляет собой пример специфического вида рутинизации харизматической силы. Вместо того, чтобы создавать независимую бюрократическую систему передачи, Айенгар соединил свое харизматическое обучение йоге с уже существующей структурой обучения для взрослых. Получившийся в результате метод передачи включает в себя стандартизированную программу обучения и инструкторские курсы, успешно экспортируемые по всему миру. Дальнейшая передача этого метода обучения («субъекта» йоги Айенгара) стала независимой от династической линии. Однако предстоит еще выяснить, как компромисс между бюрократическими и харизматическими полномочиями в традиции Айенгара трансформируется в XXI столетии после смерти Б.К.С. Айенгара.

Заключение

Айенгар и Сунита продемонстрировали две разных траектории харизматического влияния и продолжения традиций йоги. Несмотря на значительную популярность в течение ее жизни, подход Йогини Суниты был очень личным, и она никогда не занималась (и даже не планировала) разработкой формальной структуры для передачи своих знаний, которая не зависела бы так сильно от интуиции гуру. Несмотря на обучение группы инструкторов Пранаяма-йоге (Pranayama Yoga), Сунита никогда не отделяла свои знания от guru-śiṣya модели. Ее традиция продолжилась, но с количеством инструкторов Пранаяма-йоги, которых в настоящее время насчитывается всего около 50-60, традиция Суниты постепенно затухла как социальное движение (Кабрал, 2007).

Учение Айенгара же было институционализировано до такой степени, что его понимание асан может быть (в основном) передано без его личного участия. Эта трансформация произошла в процессе адаптации его учения к финансируемой государством системе образования взрослых в Британии. Эта среда поспособствовала созданию программы подготовки инструкторов, которая могла продуцировать «контроль Айенгар-качества» инструкторов без физического присутствия самого Айенгара. На стадии признания йоги в ILEA и Манчестере Айенгару удалось эффективно рутинизировать свою харизму таким образом, чтобы узнаваемое преподавание йоги могло продолжаться в его отсутствие. Эта система получила распространение во всем мире как йога Айенгара, способ обучения, который в настоящее время оказывает влияние на практику асан в большинстве форм современной постуральной йоги.

Современный опыт йоги не определяется исключительно как отношения с харизматической личностью. В то время, как развитие сделало йогу более доступной, оно же сделало влияние инструкторов йоги более безопасным и предсказуемым. Разумеется, инструкторы йоги по-прежнему могут обладать значительной степенью харизмы в институционализированных структурах международных ассоциаций.

Однако те же структуры, которые способствуют большей популяризации, надежности и безопасности преподавания йоги (устанавливая этические стандарты и практику профессиональной ответственности), в то же время стерилизуют отношения guru-śiṣya.

Личные биографии и Суниты, и Айенгара подчеркивают преобразующие отношения с гуру. Превращение Айенгара из болезненного ребенка в посвященного практика асан было бы невозможным в условиях образовательного класса для взрослых. Любопытно было бы посмотреть, что произошло бы, если бы Бернадетт Кабрал, так глубоко затронутая учениями своего гуру, обучалась бы йоге в Институте Атлетики Бирмингема. Институционализация йоги может служить «большему благу» с точки зрения безопасности, оздоровления и релаксации, которые обычно приписываются современной йоге; и, кроме того, отсутствие явной религиозности позволяет не оскорблять ни современной гуманистической идеологии, ни идеалов «прав человека», ни индивидуальной религиозной свободы в процессе практики.

Однако же, глобализация йоги стала возможной за счет потери предельных элементов, таких как динамизм, непредсказуемость, способность трансформировать и возможная оскорбительность отношений guru-śiṣya. В этом отношении институционализация харизмы открывает новую главу в обширной истории йоги. Как сетовали власти Бирмингема в 1965 году, «чрезвычайно затруднительно» найти квалифицированного инструктора йоги. Даже в начале XXI столетия, когда существует великое множество организаций, предлагающих аккредитацию и этические основы для квалифицированных инструкторов йоги, могут потребоваться значительные усилия, чтобы найти инструктора йоги, который одновременно является и «безопасным», и способным предложить возможность глубокой физической, психологической и духовной трансформации. Как демонстрирует наследие Суниты, крайне маловероятно, что современная йога могла бы стать глобальным явлением только на базе силы межличностных, харизматических взаимодействий. Борьба между сохранением жизнеспособности традиции через институционализацию и возможностью получения трансформирующего опыта через взаимодействие с вдохновляющим учителем – была (и остается) одним из основных вопросов в процессе глобальной экспансии «современной йоги», и эта борьба не выказывает никаких признаков завершения в обозримом будущем.

Цитируемые работы

“Assessments for Teaching Certificates November 1979 and March 1980” 1979/1980. Из архивов Iyengar Yoga Institute (Maida Vale).

“BBC Television diploma certifying that on the night of Sunday 10 March 1963, Mrs Sunita Cabral ‘Beat the Panel’ in ‘What’s my Line?’ at the BBC Television Theatre, London W12”. 1963. Сертификат находится в распоряжении The Lotus and The Rose Publishers, Beehive Cottage, Nafford Road, Eckington, Worcs WR10 3DH.

“Birmingham Tries to Size Up All This Yoga: Should Prana Force Teaching Come out of Rates?”. 1965. The Times, (London) четверг, 23 февраля, стр. 7 , столб. C.

B.K.S. Iyengar Teacher’s Association Newsletter (BKSITA). 1978. Июнь.

Birmingham Athletics Institute (BAI). 1964. Annual Report 1963-4. Birmingham Athletics Institute (BAI) Women’s Section, Annual Reports 1951-1975, MS 1468/3/1. Birmingham Central Library, Chamberlain Square, Birmingham B3 3HQ.

Birmingham Athletics Institute (BAI). 1971. Annual Report 1970-71. Birmingham Athletics Institute (BAI) Women’s Section, Annual Reports 1951-1975, MS 1468/3/1. Birmingham Central Library, Chamberlain Square, Birmingham B3 3HQ.

Business Registration Certificate No. 1168078. 1961. Certificate in the possession of The Lotus and The Rose Publishers, Beehive Cottage, Nafford Road, Eckington, Worcs WR10 3DH.

Butler, M. 1992. “Helpful Advice on How to Get Through the ‘Bad Patches’” Yoga & Health, 30 марта.

Burger, Maya. 2006. “What Price Salvation? The Exchange of Salvation Goods between East and West” Social Compass 57(4), стр. 81-95.

Cabral, Kenneth. 2007. Персональное интервью от 17 июля.

Cabral, Sunita. 1961. Интервью. “Unbilled Extra on Woman’s Hour” №. 26. Вещание, среда, 27 сентября, 14.00-15.00. Интервью проведено Christopher Young Venning, British Broadcasting Corporation Written Archives Centre (BBC WAC), Reading, United Kingdom.

Cabral, Sunita. 1965. Pranayama Yoga: The Art of Relaxation Первое издание (самоопубликованное). Находится в распоряжении Kenneth Cabral.

Cabral, Sunita. 2002a [1972]. Pranayama Yoga: The Art of Relaxation 3-е издание (Lotus and the Rose Publishers).

Cabral, Sunita . 2002b. “The Art of Relaxation” Audio Cassette (Eckington, Worcs.: Lotus and the Rose Publishers).

Claxton, John and Ros. 2004. Персональное интервью. 5 декабря.

Claxton, John and Ros. 2004. Personal Interview. 5 декабря.

Daily Mail, 1961. 16 June. Газетная вырезка из архивов в Iyengar Yoga Institute, Maida Vale.

Dale, Julie. Undated. “B.K.S. Iyengar: An introduction by one of his students” Рукопись в библиотеке Ramamani Iyengar Memorial Yoga Institute в Пуне, Индия.

Davie, Grace. 2002. Europe: The Exceptional Case: Parameters of Faith in the Modern World (London: Darton, Longman & Todd).

De Michelis, Elizabeth (2005) A History of Modern Yoga. (London: Continuum).

“East Manchester Area of Further Education: Yoga Demonstration”. 1968. (реклама) Manchester Evening News 27 июня.

Finesilver, Sally. 1999. Письмо к Lorna Walker датированное 26 ноября в ответ на просьбу о воспоминаниях о “первых днях Айенгара в Великобритании”. Хранится в архивах в Iyengar Yoga Institute, Madia Vale, London.

Fish, Allison. 2007. “The Commodification and Exchange of Knowledge in the Case of Transnational Commercial Yoga” The International Journal of Cultural Property 13(2), 189-206.

“Further Steps in Yoga” 1964. Pendrell Hall “Prospectus Spring-Summer 1964” в William Salt Library, Stafford, WSL pbox C/6.

General Register Office. 1970. Certificate of Death for Bernadette Cabral OBDX 771214, County Borough of Walsall, 17 апреля 1970, входящий №. 193.

Herremans. 1974/75. “Notes Taken at Classes Held by Mr. Iyengar in London in May 1974 and in Poona in January 1975” Из архива в Iyengar Yoga Institute (Maida Vale).

Huggins, M. 2001. “Walking in the Footsteps of a Pioneer: Peter McIntosh – TrailBlazer in the History of Sport” The International Journal of the History of Sport 18(2) Июнь: 136-147.

“Indian Yoga Expert at Spurley Hey”. 1968. Gorton and Openshaw Reporter (Manchester) 12 июля, 1.

Inner London Educational Authority (ILEA). 1969. Further and Higher Education Sub-Committee Papers Oct-Dec 1969, ILEA/CL/PRE/16/24, London Metropolitan Archive.

Iyengar, B.K.S. Не датировано. Машинописная автобиографическая рукопись (Покрывает период от рождения до 1954, но написано позднее 1958).

Iyengar, B.K.S. 1962. Письмо к Diana Clifton. 13 февраля. Из архива в Iyengar Yoga Institute (Maida Vale).

Iyengar, B.K.S. 1975. Письмо к Diana Clifton. 19 октября. Из архива в Iyengar Yoga Institute (Maida Vale).

Iyengar, B.K.S. 1978. Body the Shrine, Yoga thy Light (Bombay: B.I. Taraporewala).

Iyengar, B.K.S. 1988. “My Yogic Journey: A Talk given by Guruji on his 70th Birthday 14 December 1988 at Tilak Smarak Mandir, Pune, 5. Архив в Iyengar Yoga Institute, Maida Vale, London.

Iyengar, B.K.S. 1993. Light on the Yoga Sutras of Patañjali (London: Aquarius Books).

Iyengar Yoga News. 2007. №. 10 (весна).

Jackson, Ian. 1978. “Running” in Body the Shrine, Yoga Thy Light BKS Iyengar 60th Birthday Celebration Committee ред. (Bombay: B.I. Taraporewala, 1978), 136-46.

Kent, Howard. 1971. “Yoga for Health – A breakthrough television programme” Yoga & Health, вып. 1, 17.

Magidoff, Robert. 1973 [1955]. Yehudi Menuhin: The Story of the Man and the Musician. (London: Robert Hale & Company), 256-7.

The Manchester and District Institute of Iyengar Yoga (MDIIY). 1972. №. 1 Марта.

Marris, Angela. 2005. Персональное интервью. 30 июня.

Maslen, Jeanne. 1992. “The Early Years” Manchester and District Institute of Iyengar Yoga 25th Anniversary Magazine.

McIntosh, Peter. 1968. Sport in Society (London: C.A. Watts & Co. Ltd).

Mehta, Shyam. 1983. “A Brief History of Iyengar Yoga in England and The South East England Iyengar Yoga Institute” 19 March. Архив в Iyengar Yoga Institute (Maida Vale).

Menuhin, Yehudi. 1996. Unfinished Journey (London: Methuen).

Newcombe, Suzanne. 2007. “Stretching for Health and Well-Being: Yoga and Women in Britain, 1960-1980” Asian Medicine 3(1): 37-63.

Newocmbe, Suzanne. 2008. A Social History of Yoga and Ayurveda in Britain, Диссертация на соискание звания доктора философии, факультет истории, Университет Кембриджа.

Pendrell Hall. 1964. “Prospectus Spring-Summer 1964” в the William Salt Library, Stafford, WSL pbox C/6.

Robins, J. 1961. “East or West – There are Some Things Every Woman Wants – Youth and Happiness – Here”s a Wife with the Secret of Both” Sunday Mercury, 12 марта.

Singleton, Mark. 2010. Yoga Body: The Origins of Modern Posture Practice. (Oxford: OUP).

Singleton, Mark. 2008. “The Classical Reveries of Modern Yoga: Patanjali and Constructive Orientalism” Yoga in the Modern World: Contemporary Perspectives, Mark Singleton и Jean Byrne (eds.) (London: Routledge), 77- 99.

Sjoman, N. E. 1999. The Yoga Tradition of the Mysore Palace Second Edition (New Delhi: Shakti Malik).

“The Sutras of Iyengar”. c.1970s. Анонимный машинописный манускрипт в Iyengar Yoga Institute (Maida Vale).

“Talk on relaxing in Yogi Style”. 1963. Derby Evening Telegraph от 19 апреля.

Tuft, N. 1971. “Standing on her head to face the day” Daily Telegraph от 31 декабря.

“Unbilled Extra on Woman”s Hour”. 1961. №. 26, среда, 27 сентября, 14.00- 15.00 Yogi Sunita, интервью, проведенное Christopher Young Venning, British Broadcasting Corporation Written Archives Centre (BBC WAC).

Weber, Max. 1947. The Theory of Social and Economic Organization A. M. Henderson and Talcott Parsons, перев., Talcott Parsons ред., (London: Macmillian).

“Working for Health” 1961. Hampstead and Highgate Express and Hampstead Garden Suburb and Golders Green News, 7 июля, стр. 4.

“Yasmin looks at the Western world” Derby Evening Telegraph? Газетная вырезка без этикеток в коллекции K. Cabral.

“Yehudi Menuhin and His Guru”. 1963. Передано в среду, 21 августа 10.25- 10.55pm, T32/1,870/1 BBC WAC.

“Yogi Sunita Visits Rotarians”. 1967. Sutton Coldfield News, пятница, 12 января.

“Yorke, G.” AUC 856/20 in the Allen & Unwin Archive, Университет Ридинга.

Примечания

i. Обычный здравый смысл позволяет предположить, что Американский Иммиграционный акт 1924 года (US Immigration Act) (который ограничил возможность иммиграции двумя процентами уже присутствующих в стране представителей соответствующей нации – серьезно ограничивающий иммиграцию из азиатских стран) стал препятствием для всемирного распространения йоги до 1960-х годов. Между тем, не существовало никаких ограничений в отношении резидентов Индии, как членов Содружества, вошедших в Британию в качестве полноправных граждан, до 1962 года – после которого иммиграционные ограничения стали применяться. Поэтому для того, чтобы определить, почему йога не стала более популярной за пределами Индии до 1960-х годов, необходимо рассматривать большее количество факторов.

ii. Полуденная программа ВВС Pebble Mill at One выпускала регулярные выпуски йоги с инструкторами, обученными Йогиней Сунитой (Yogini Sunita) в течение 1970-х годов.

iii. Это могут быть более ранние версии последовательностей, которые впоследствии стали аштанга-виньяса-йогой (Astanga Vinyasa Yoga), которая преподавалось другим учеником Кришнамачарьи (Krishnamacharya), Паттабхи Джойсом (Pattabhi Jois).

iv. Эти сложности нельзя назвать незначительными. В дополнение к недостатку денег Айенгар (тамил) не говорил ни на одном из местных языков (хинди и маратхи), а его английский был недостаточно хорош для того, чтобы получить свидетельство об окончании школы.

v. Алан Бабингтон (Alan Babington) дал свой первый «экспериментальный» класс йоги в Inner London Adult Education в Институте Клэпхэма (Clapham Institute). Позднее он перебрался в независимый Mary Ward Centre в Блумсбури (Bloomsbury), где он разработал йогу Альбиона (Albion Yoga).

vi. Пожалуй, наиболее значительные из них – хорошо разрекламированные связи «Биттлз» с Махариши Махеш Йоги ( Maharishi Mahesh Yogi) с августа 1967 по август 1968, подняли престиж медитации и йоги для многих, кто раньше даже не слышал о них.

vii. Вполне вероятно, что учение Айенгара могло включать более откровенные отсылки к индийским религиям, однако ILEA не одобрило такого подхода. Например, из описаний публичных демонстраций йоги Айенгаром в 1961 году (Daily Mail 1961, “Working for Health” 1961) похоже, что Айенгар давал в это время ссылки на первоисточники (scripture).

vii. Другим важным британским «гуру» современной йоги в этом контексте был Уилфред Кларк (Wilfred Clark), который, через British Wheel of Yoga, неустанно трудился над тем, чтобы йога рассматривалась в качестве философии, (а не только как физическое образование) в британской системе образования для взрослых.

ix. Одна из женщин, Пеннрел Рид (Pennrell Reed), обучалась йоге в Бирмингеме (Birmingham) (вероятно, у Суниты Кабрал (Sunita Cabral), а другая, Джин Маслен (Jeanne Maslen) перешла от преподавания кип-фита (Keep Fit) к преподаванию йоги после того, как увидела йогу в исполнении мисс Рид в конце занятия по кип-фиту в середине 1960-х.

x. Для изучения короткой базовой истории стран и дат см: http://www.bksiyengar.co.za/html/history.html, последнее посещение – 29 апреля 2012 г. Австралия начала институционализацию йоги Айенгара в 1980-х.

xi. Ассоциация Йоги Айенгара Южного Востока и Восточной Азии (Iyengar Yoga Association of South East & East Asia (IYASEEA) была основана в 2009 году; в 2012 году любой живущий в Юго-Восточной Азии мог преподавать как сертифицированный инструктор йоги Айенгара на Бали, в Гонконге, Индонезии, Сингапуре и Масаи.

(http://iyengaryoga.asia/index.php?option=com_content&task=view&id=35, последнее посещение – 29 апреля 2012 г.).

Ньюкомб C. Институционализация традиции йоги на примере учителей Б.К.С. Айенгара и Йогини Суниты в Британии [Электронный ресурс] // Gurus of Modern Yoga. New York: Oxford University Press, С. 147-167. – Режим доступа:

https://www.academia.edu/9574981/The_Institutionalization_of_the_Yoga_Tradition_Gurus_B.K.S._Iyengar_and_Yogini_Sunita_in_Britain

Newcombe S. The Institutionalization of the Yoga Tradition – «Gurus» B.K.S. Iyengar and Yogini Sunita in Britain [Электронный ресурс] // Gurus of Modern Yoga. New York: Oxford University Press, pp. 147-167. – Режим доступа:

https://www.academia.edu/9574981/The_Institutionalization_of_the_Yoga_Tradition_Gurus_B.K.S._Iyengar_and_Yogini_Sunita_in_Britain

О новых переводах научных статей, посвященных йоге, в рамках проекта «YogaScience» можно узнать:

1. Подписавшись на наш канал в мессенджере Telegram с мобильных телефонов и ПК: https://telegram.me/YogaScience

2. На странице YogaScience в Facebook – https://www.facebook.com/YogaScience.research/